Владимир Нагирняк (olt_z_s) wrote,
Владимир Нагирняк
olt_z_s

Categories:

Система наказаний в Кригсмарине

Приветствую, ув. коллеги! 
Сегодня решил затронуть интересную тему, которая, выражаясь словами известного классика, будет касаться преступлений и наказаний. Причиной к этому послужило повторное чтение известного среди всех любителей военной истории романа немецкого писателя Вольфганга Отта "Стальная Акула" ( т.е. в правильном переводе "Акулы и маленькая рыбка"). Думаю, не стану исключением, если скажу, что книга Отта великолепна и в паре с "Лодкой" составляет прекрасный тандем. Но заканчиваю лирику и возвращаюсь к основной сути. В своей книге Отт часто касается темы наказания в Кригсмарине, через призму нелегкой службы его героев - Тайхмана и К.  Стало любопытно разобраться с системой наказаний в Кригсмарине в реальности.





Наказания в Кригсмарине, как на подводных лодках, так и на надводных кораблях были разделены на две категории: наказание от командира и наказание, вынесенное воинским трибуналом.

Наказания от командира (старшего офицера) суммируются следующим образом:
1. Лишение отпуска. Это наказание в своем максимальном плане могло быть применено к военнослужащему, лишив его полностью трехнедельного отпуска, но на практике это происходило нечасто, провинившемуся часто сокращали указанный отпуск на 8 суток.
2. "Мягкий арест":  Эта форма наказания влечет за собой заключение в карцер казармы на период не более двух недель, без ограничения в питании.
3. "Строгий арест": Эта форма наказания влечет за собой заключение на гауптвахте ВМБ на период не более трех недель с переводом на специальный "тюремный рацион", который подразумевал под собой выдачу арестованным только хлеба и воды в течении каждого третьего дня заключения.

Однако на практике командир давал не более 5-8 суток ареста.
Лишение отпуска являлось обычным наказанием за незначительные нарушения дисциплины. "Мягкий арест" обычно применялся при таких нарушениях, за уход в "самоволку" на короткое время, за дерзость или не приветствие старшего по званию. "Строгий арест" полагался за длительный "самоход", невнимательность во время несения вахты и скрытие факта заражения венерическим заболеванием. Выпивший матрос обычно избегал наказания за алкогольное опьянение, если только это не влекло за собой грубых нарушений воинской дисциплины и несовместимых поступков с точки зрения  воинской чести. Стоит отметить, что на небольших кораблях и подводных лодках провинившиеся члены экипажа свое наказание в виде заключения под стражу могли отбыть только по приходу корабля на базу. На больших кораблях эту проблему был призван решать корабельный карцер. Помимо вышеперечисленных наказаний, стоит также упомянуть о таком праве командира, назначить в виде наказания занятия строевой подготовкой.

Репутацию очень строгих командиров в подводном флоте имели Гюнтер Прин и Ганс Йенниш, их антиподами можно назвать Герберта Шультце и Роберта Гизе.

Некоторые пояснения по поводу отношения между командиром и экипажем.
 Так как служба на подводной лодке подразумевает под собой очень тесные отношения между нижними чинами и офицерами, нередко возникали различные неприятные ситуации при смене командира на субмарине. В частности, это выражалось в том, что если "новая метла" не принимала сложившиеся отношения между прежним командиром и командой и начинала "мести по новому" это не редко приводило к проблемам с дисциплиной и явному противостоянию экипажа с командиром. Как пример подобного - смена командира на U-177.  Сменивший Роберта Гизе, Гейнц Бухольц, наводя свои порядки на лодке, столкнулся с недовольством своей команды. Экипаж U177 состоял из опытных подводников, преданных своему прежнему командиру, который будучи весьма спокойным человеком, не стремился закручивать гайки, поддерживая со своей командой дружеские отношения. Во время его командования лодкой боевой дух команды U177 высок. Сменивший его Бухольц был жестким и властным офицером. Его методы поддержания дисциплины на лодке, включавшие в себя наказания за малейшие провинности, в корне отличались от методов Гизе. В результате, боевой дух экипажа упал и дошло до того, что команда, включая и офицеров, разделилась на два "лагеря" - сторонников Гизе и Бухольца. В данном случае, весьма уместно вспомнить знаменитый афоризм, рожденный экипажем знаменитой U552. Сменивший  известного аса Эриха Топпа, офицер по фамилии Попп не мог сравниться по авторитету и опыту со своим предшественником. "Попп не Топп" - говорили на U552 после того, как новый командир принял командование над лодкой.

Военный трибунал рассматривал дела о серьезных нарушениях дисциплины, которые не могли быть рассмотрены кратко.
Военный трибунал мог осудить провинившегося на заключение в специальный дисциплинарный лагерь, расположенный в Хеле, аналог дисциплинарного батальона. Обычно срок отбытия наказания в лагере по приговору трибунала мог составлять от 5 до 8 месяцев, но трибунал дать и больше - до двух лет или до "конца войны". В случае вынесения трибуналом смертного приговора, осужденный так же этапировался в Хелу. Заключение в него считалось на флоте очень позорным наказанием и после отбытия своего срока заключения у осужденного практически нет шансов вернуться на корабль. После окончания срока отсидки освобожденные распределялись в морскую артиллерию и другие береговые службы. Условия в дисциплинарном лагере в Хеле очень тяжелые, приводящие к деградации любого заключенного - неосвещенные бараки, лишенные любых удобств, вместимость которых рассчитана на 1000 человек. Администрация и служба охраны лагеря состояла из войск СС. Заключенные были лишены права получать какие-либо передачи и письма из дома и практически не имели связи с внешним миром. Как и в других тюрьмах заключенные заняты трудом, ежедневный рабочий день длиться с 6.00 утра до 17.00 дня.

Как примеры осуждения военным трибуналом за совершенные проступки и не только
Подсудимый  матрос был приговорен к 18 месяцам заключения за кражу меди с корабля для использования её в личных целях.
Подсудимый матрос был приговорен к 9 месяцам заключения за ограбление продовольственного склада
Подсудимый матрос был приговорен к 4 месяцам заключения за кражу консервированных сардин.

Любопытный случай произошел в Бергене. Командир U563 был приглашен с другими офицерами к немецкому консулу на торжество. После окончания вечеринки офицеры возвращались к своим кораблям. В это время на берегу находилась большая группа моряков, которые тоже развлекались. Среди них был старшина с U563, который баловался с маленьким пистолетом. Произошел случайный выстрел и пуля пробила насквозь ногу командира рамбота, который возвращался от консула. Этот случай получил широкую огласку и командир U563 получил приказ отдать под суд виновного за ранение офицера и незаконное хранение оружия.

Конфликт между офицерами на U761 привел одного из них к военному трибуналу.
Находясь в Тронхейме инженер-механик лодки лейтенант-инженер Аммон оскорбил своего командира Гейдера во время вечеринки. С самого начала совместной службы оба офицера не питали к друг другу теплых чувств и видимо перебрав ликеров, Аммон пустил по "матушке" командира субмарины. Последний подал рапорт, инженер-механика арестовали и отдали под трибунал, который приговорил его трем месяцам тюрьмы с понижением звания.    

Исключительно интересный эпизод из истории 9-й флотилии. Экипаж U409 во время отдыха на берегу умудрился перещеголять всех своих коллег в плане выпивки и дурной энергии. Подобное поведение весьма сильно возмутило командира флотилии Лемана-Виленброка, которой потребовал у командира лодки наказать своих людей. Последний выявил неповиновение и отказался это сделать. В результате, Леман-Виленброк отправил самого командира U409 на "губу" на двухнедельную отсидку.

Во время второго похода на U607 между командиром и инженер-механиком вспыхнул открытый конфликт.  Точную причину назвать не смогу, но кажется между обоими офицерами во время атаки гл. бомбами возникло непонимание в результате которого, лодка сначала провалилась глубину, потеряв управление, а затем после продутия всех цистерн выскочила на поверхность.  Фортуна к немцам благоволила, так как было уже достаточно темно и лодка осталась незамеченной кораблями противника. Спустя несколько часов прямо в ЦП разгорелся настоящий скандал, в присутствии рядовых членов и военного корреспондента, находившегося в качестве гостя, командир и механик не стесняясь в выражениях, обрушились с обвинениями друг на друга.  По приходу лодки на базу, Менгерсен подал рапорт о неповиновении своего лейтенант-инженера Русса. Последний был отдан под трибунал, который приговорил его к 8 месяцам заключения в крепости, 4 месяцам тюрьмы и увольнению со службы. Правда в последствии Русс был помилован, так как в конце войны он  исполнял обязанности инженер-механика на U149 в чине оберлейтенант-инженера.

Вероятно самый интересный случай дисциплинарного наказания связан с командиром U210 Рудольфом Лемке, так как данный офицер был приговорен трибуналом к 3 месяцам заключения в лагере Хелы за явное превышение своих полномочий. Лемке был участником Норвежской кампании, так как в этот период проходил службу на эсминце Z-22 нв должности артиллерист.офицера. После гибели его корабля, он вместе с другими членами экипажа принимал участие в обороне Нарвика. После окончания Норвежской кампании до октября 1940 занимал различные должности на берегу. В октябре того же года был назначен на зенитную батарею, где с ним произошел неприятный инцидент который разбирал военный трибунал, приговоривший Лемке к исключению из списков флота и 3-х месячному заключению в дисциплинарном лагере Хелы. Причина этого заключалась в том, что застав одного из артиллеристов спящим на посту, Лемке избил его на построении личного состава батареи, мотивировав свои действия так: "Я мог бы отдать тебя под трибунал, но я этого не сделаю. Я сам накажу тебя".  Командование ВМС не одобрило такое "наказание" и Лемке отдали под суд. 25 октября 1940 года подсудимого этапировали в Хелу. Однако после отбытия наказания, бывший лейтенант цур зе продолжил службу во флоте. В конце января 1941 он был переведен в личный состав 3-й флотилии рамботов, а в апреле того же года был восстановлен в звании и вернулся на службу. В конце весны 1941 он был отправлен консультантом в Румынию, после чего его перевели в подплав.

Случай с Лемке интересен прежде всего тем, что он вероятно является единственным исключением правила, которое существовало по отношению к бывшим осужденным дисциплинарного лагеря. Он не только был восстановлен в звании, но и вернулся к службе на кораблях. Вероятно, на его судьбу могло повлиять такое обстоятельство, что он был опытным и заслуженным офицером, награжденный ЖК 2-го класса, Знаком Миноносника и нашивкой за Нарвик. Таким образом герой Нарвика вернулся обратно на флот. Сам Лемке не скрывал своего "падения", во избежание появления различных слухов об этом периоде его жизни.  Став подводником и впоследствии командиром лодки, Лемке вел себя прилично, но особым авторитетом у коллег не пользовался. Был склонен к употреблению алкоголя.

Закончив свой краткий разбор данной темы, могу сказать, что, к сожалению, она не изобилует подробной информацией и требует дополнительного исследования. Однако, надеюсь, что мне удалось в рамках этой заметки познакомить вас с некоторыми нюансами нарушения дисциплины и последующих за них наказаний в немецком флоте. Приводя примеры с нарушителями, я сознательно не касался таких громких "дел", как осуждение трибуналом на смерть командиров U154 и U572, решив, что стоит уделить внимание малоизвестным эпизодам, которые также весьма интересны.

Как обычно над разбором корпел Владимир Нагирняк


Tags: БЫТ, Дисциплина
Subscribe
promo olt_z_s september 7, 2014 19:40 16
Buy for 100 tokens
Решил подхватить знамя флэшмоба, запущенного коллегами-историками в ЖЖ, смысл которого рассказать почему мы интересуемся историей конкретных эпох. С удовольствием принимаю в этом плане эстафету, благо она для меня так же является ответом на другой важный для меня вопрос - почему российский историк…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 38 comments